Когда Лысый ушел, я молча стоял в траншее и осмысливал только что произошедшее. С этой самой секунды все стало иначе, точнее, на меня только что навалилось осознание того, что же я натворил. Интуиция подсказывала, что дороги назад больше нет. Рубикон пройден. Потоптавшись на месте, я снова посмотрел в сторону севера Зоны. Он был скрыт от меня небольшой лесополосой. Хотелось быстро добежать до нее, пройти сквозь деревья и посмотреть еще раз, а вдруг смогу увидеть легендарную трубу ЧАЭС? Но внутренний голос тихо шептал - не нужно, стой Саша, лучше стой, а еще лучше беги отсюда, беги пока не поздно вернуться назад. Мне стало страшно. Липкий ужас накатывал мерно, словно волны морского прибоя, и так же неотвратимо. Мне казалось, что буквально в метре от меня затаилась аномалия, а в кустах спрятался мутант. И если меня не засосет мистическое образование, то сожрет какая-нибудь тварь. Черт возьми, но я струхнул. На Большой земле об этом как-то не думал, а сейчас, столкнувшись с Зоной лицом к лицу сплоховал.
Вдруг резкий порыв ветра ударил мне в лицо поднятой с землей листвой. От неожиданности я отшатнулся назад и, не удержав равновесие, упал на пятую точку.
-Твою мать, - мой голос разлетелся над округой, заставив вспорхнуть с ближайшего дерева пару ворон. С противным карканьем они улетели прочь, с укором повернув ко мне свои черные глаза. Уже через мгновение они растворились среди лесополосы. Над траншеей раздались тихие шлепки. Это я пару раз ударил себя по щеке, прогоняя наваждение. Брр. Слышал от парней, что Зона всех по-разному встречает. Кого-то тепло приветствует легким касанием весеннего ветерка, кому-то достается пробирающий до костей ливень, а кого-то гонит прочь. Кажется, меня только что захотели прогнать. Внимательно посмотрев по сторонам и не заметив Лысого, я показал дулю в сторону центра. Этим маленьким жестом, но с большим чувством я мысленно сказал Зоне, чтобы шла в жопу и не пугала меня понапрасну, не уйду.

Закончив знакомство с местной хозяйкой, я снял рюкзак и начал выкладывать из него свое снаряжение, осторожно раскладывая его на земле. Первыми наружу показался противогаз и несколько патронов к нему. Вряд ли они мне сейчас понадобятся. Как известно, на Кордоне химических аномалий народ еще не видел, но на всякий случай нацеплю его на шею, пусть болтается под камуфляжем. Будет мешать – сниму. Дальше из рюкзака был вытащены аккуратно свернутые в полотенце сухпайки, бутылочки с водой и пустая фляга. Голодным я себя пока что не чувствовал, так что вскрывать ничего не стал, лишь перелил воду из бутылок во флягу. А сами бутылки пока отложил в сторону, намереваясь потом где-нибудь тут закопать. Через несколько минут весь мой не самый богатый скарб лежал на холодной земле. Но последняя и, пожалуй, самая главная вещь все еще покоилась в промасленной ветоши на дне сумки. Старое отцовское ружье сослужило ему добрую службу, за весь свой срок не дав ни единой осечки. Надеюсь, мне оно ответит тем же. Тихо щелкнуло цевье, вставая на свое место и соединяя ствол с коробкой. Я тут же вскинул оружие, мой взгляд прошелся вдоль ствола, встретился с мушкой и устремился дальше, упершись в ствол тонюсенькой березки. Тихо щелкнул спусковой механизм. На моем лице воцарилась довольная улыбка. Отложив ружье в сторону, я принялся за патронташ. Его надо было набить патронами. Так как у меня были только дробь и пули, то решил не мудрить, а сделать просто и понятно. С правой стороны у меня будет лежать дробь, а с левой жакан. Быстренько распихав все на свои места, я нацепил патронташ на себя. Попрыгал, поприседал, покатался по земле. Все сидело плотно, и сбежать от меня не спешило. Значит можно продолжить этот уже порядком затянувшийся сбор. К ружью я нацепил как-то купленный отцом трехточечный ремень, позволявший носить его, как душе угодно и при этом всегда держать под рукой. Впрочем, мне хватает обычного висения на плече, если что можно быстро крутануть, упереть в плечо и стрелять. Затем подошла очередь топора и лопаты. Если место ножа было ясно, на поясе, то здесь я призадумался. Лопату можно повесить на рюкзак, у нее для этого есть крепления, но не хотелось. Мало ли что, вдруг придется порядком покататься по земле, можно и потерять. Так что решил упокоить их в боковом отделении своего Бобра. На самое дно рюкзака я положил сухпайки и мотки веревок. Чуть выше оказалась аптечка, в которую я умудрился запихнуть антирадин с радиопротектором, а так же патроны. Места в рюкзаке еще было достаточно и я боялся, что при ходьбе буду греметь, как игрушка-неваляшка. Чтобы решить этот вопрос пришлось пожертвовать старым длинным полотенцем, а так же ветошью от ружья. С их помощью я обмотал все свои предметы экипировки. После того, как все было максимально плотно подогнано к друг другу застегнул и несколько раз подпрыгнул. Слышно было лишь гулкий удар подошв об землю. Пойдет. Спустя десять минут все было готово. Фонарик упокоился в кармашке бронежилета, многие отсеки которого я решил использовать, как хранилище для патронов. Ружье висело плече, рюкзак на спине, патронташ на поясе, а противогаз на шее. Все это добро было максимально скрыто под камуфляжем и особо не выделялось, лишь ствол ружья торчал вверх, да рюкзак создавал мнимый горб. Я был готов сделать первые шаги вглубь, чтобы развеять мираж неизвестности.

Вперед полетел небольшой болт. Описав дугу, он рухнул на землю и скрылся в листве. Вроде ничего не произошло. Но на всякий случай бросил еще один и вздохнул. Такими темпами я брести буду очень и очень долго. Что может быть даже хорошо. Вдруг его убьют до меня и не придется руки кровью марать. Ха-ха, мечтать не вредно. В то, что этот парень сдохнет без моей помощи я особо не верил, что-то подсказывало, что он из породы живучих и таких просто его не завалить. А если еще учесть, что у него может быть АКМ… То у меня будет всего один шанс на то, чтобы решить этот вопрос. Иначе мне просто не дадут сделать второй выстрел, изрешетят из автомата. Ладно, на месте разберемся. Сейчас нужно дойти хотя бы до этих самых казарм. Подойдя к месту падения болтов, я поднял их, покрутил в руке и запустил снова. Спокойный ровный полет, тихое падение, аномалий пока что не встретил. Таким образом, я прошел всю траншею, а достигнув ее конца, вылез наверх и осмотрелся. Передо мной раскинулась узенькая ниточки дороги, которая сделав небольшой крюк, скрывалась за небольшой лесополосой. Идти вдоль нее мне показалось не лучшей идей, поэтому я быстро пересек асфальтовое полотно. Оказавшись на другой стороне, минут десять сидел в жиденьких кустах, вертя головой на сто восемьдесят градусов и ушами сканируя округу. Убедившись, что вокруг ни души, я медленно тронулся прямо к лесополосе, к своему удивлению обнаружив небольшую тропку. Вряд ли ее проторили мутанты. Ширина колеи как раз идеально подходит для человека. Это умозаключение меня немного обескуражило и испугало. Если есть тропа, значит тут часто ходят люди. Поэтому я тут же сошел с нее, не забывая бросать впереди себя болты, и углубился в чащу, аккуратно ступая по испещренной нитями корней земле.

Внезапно брошенный мной кусочек железа резко изменил свою траекторию, сделал пару витков на месте и рванул вверх. Мгновение спустя раздался громкий хлопок. От столь неожиданного нарушения умиротворяющего спокойствия утреннего Кордона, я оступился, зацепил пяткой корень и, потеряв остатки равновесия, рухнул на жопу. Второй раз за день, так и копчик сломать не мудрено. На этот раз я матерился тише, но дольше. Здесь я завис минут на пятнадцать, обходя аномалию со всех сторон и бросая в нее болты. Когда первый страх прошел, а детское любопытство было утолено, я молча разглядывал опасное пространство, подмечая не замеченные сначала странности. Во-первых, воздух над аномалией или в самой аномалии, тут черт разберешь, слегка рябил в глазах, практически не заметно, а во-вторых вокруг аномалии в хаотичном порядке кружилась мелкая листва. Что это за аномалия я точно определить так и не смог, или Воронка или Карусель. После столь нежданного урока, мое продвижение замедлилось полностью, теперь я двигался как черепаха, а иногда подолгу стоял на одном месте и разглядывал участок площадью в один квадратный метр перед собой, если мне вдруг что-то в нем не нравилось. И обходил его, даже если болты не предвещали никаких сюрпризов. Однажды мне встретилась небольшая проплешина по летнему ярко-зеленой травы. Она, словно белая ворона, явно выделялась среди уже ставшей привычной желтой травы, которую местами прикрывал снег. Так что этот каверз я заметил сразу, для верности даже поморгал и протер глаза, но свежая растительность так ни куда и не исчезла, а продолжала жизнерадостно трепыхаться на ветру. Решив, что это очень странно обошел по большой дуге и больше не поворачивался к этому месту лицом. Наконец, отпахав по Зоне несколько часов, я сделал небольшой привал с целью уточнить свое месторасположение. КПК приветственно пискнул, на секунду задумался и выдал карту Кордона. К своему разочарованию за несколько часов я прошел всего лишь пять километров, и недалеко от меня находилось старое, давно заброшенное АТП. С полчаса я наблюдал за ним из своих кустов, вроде даже разглядел некоторое движение среди ржавых остовов техники, но понять, что это было так и не смог. Списал на игру теней, но оружие все же взял в руки, загнал патрон в ствол, но с предохранителя снимать не стал. Не хватало мне выстрелить с перепугу в какого-нибудь вышедшего из-за дерева бродягу. Дорога находилась от меня по левую сторону и я старался ее не терять из виду, ибо затеряться среди кустов и деревьев мне не хотелось. Вдруг откуда-то с запада, за дорогой, раздался лай. Жуткий, леденящий кровь лай каких-то псин. На этот раз я никуда не свалился, но на месте замер. Гавкали где-то вдали, на той стороне Кордона, так что можно было особо не боятся, да и собаки у меня страх никогда не вызывали, правда все виденные мною до этого лайки не гавкали так, словно вместо голосовых связок у них стальные прутья.

Спустя целый день болтыхания по просторам Кордона, впереди замаячили силуэты казарм, но солнце уже клонилось к закату и я не стал рисковать соваться туда ночью. Потому я забрался на довольно высокое и живо пышущее листвой дерево, привязал себя к нему веревкой и тут же заснул, утомленный событиями дня. Там, за периметром такое расстояние я бы даже и не заметил, но здесь опасность висела надо мной дамокловым мечом, вынуждая вздрагивать от каждого шороха и подолгу торчать на место из-за как-то не так сверкнувшего луча солнца. Ночь прошло спокойно. Точнее я дрых без задних ног и ничего не слышал, но поутру над моим деревом никаких следов не нашел, сам живой, а значит все хорошо. Быстро позавтракав, я двинулся по широкой дуге к казармам, чтобы зайти не со стороны главного входа, а с тыльной стороны, где моему взору открывался небольшой холмик, в кустах которого можно было бы разглядывать весь двор, не боясь быть обнаруженным.