часы на сайт
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Литературный уголок » Эпизоды » *ВПР*||Ботанический сад Петра Великого (Васильевский острог)
*ВПР*||Ботанический сад Петра Великого
toxДата: Суббота, 15.09.2018, 22:05 | Сообщение # 1
Сообщений: 2284
Репутация: 1310
Награды: 3
Статус: Offline

Большой рынок, где можно купить оружие, топливо, тёплую одежду и еду.




- Ты в комнате, видишь на полу люк.
- Я осмотрюсь.
- Э... ты видишь дверь и э... окна.
- Я подойду к двери и дерну за ручку.
- Она э... дверь закрыта.
- Я подойду к окну и посмотрю что там.
- Окна грязные, ты ничего не видишь.
- Ладно, б*ть, я полезу в люк.
© Драгомир.
Анкета Тернового
__
So you can give your heart to Jesus, but your ass belongs to the Corps! ©
 
БуденныйДата: Понедельник, 24.09.2018, 11:07 | Сообщение # 2
Сообщений: 544
Репутация: 817
Награды: 1
Статус: Offline
- Дядь, дай пятак! – Меня не сильно, но настойчиво дергали за рукав куртки, отвлекая от разложенного на грязном прилавке товара. Я посмотрел вниз и увидел маленького тощего мальчишку лет пяти, завернутого в какие-то немыслимые обноски словно мумия. Посмотрел ему в воспалённые большие детские глаза, и, вздохнув, полез в пластиковый пакет с продуктами, которые только купил в небольшом продуктовом магазинчике за углом. Булка в герметичной упаковке и литровый пакет молока перекочевали в тощие, чумазые детские ручки. Хлеб исчез где-то в недрах грязного тряпья, а молоко мальчишка принялся жадно пить, откусив уголок пакета. По грязному лицу побежали белые струйки, оставляя за собой чистые дорожки.
- Да не торопись ты, подавишься! – Строго сказал я, и погладил мальчишку по засаленным спутанным волосам. – Родители, где твои, пацан?
- Убили… - Как-то равнодушно пожал плечами мальчишка, на секунду оторвавшись от вожделенного молока.
Ну да, так просто. Убили. С недавнего времени это стало обыденностью. Я сплюнул на заваленный гниющим мусором тротуар, и полез за сигаретами.
Вокруг нас стоял шум гам и вонь главного рынка Василеостровского острога. Какая-то баба расхваливала свои горячие пирожки с ливером (страшно подумать с чьим конкретно ливером), зычный мужик предлагал «семёрку» оптом. Причем из его крика не ясно чем конкретно являлся товар. То ли патрон 7,62 *39, то ли пиво «Балтика» под искомым номером. В стоячем воздухе висела густая вонь. Смесь несвежей рыбы, немытых тел, кислого дыма от самосада и этих самых блядских пирожков с ливером.
Посмотрел на себя в осколок большого, потускневшего зеркала, стоявшего у палатки торгующей какими-то тряпками.
В мутном отражении я увидел мужика средних лет (Мне на днях стукнуло 35, но сам себе я бы дал не меньше сорока), в выцветшей «Горке» и армейских ботинках. Машинально провел ладонью по начавшему отрастать ежику темно-русых волос с первыми седыми прядями на висках. Нужно подстричься уже и побриться вон на щеках уже не то, что щетина, борода наклевывается. Леший блин. Ладно, хорош перед зеркалом крутится. Вон продавщица уже в боевую стойку встала, и явно хочет втюхать мне «фирменные» джинсы китайского пошиву. Нахер. Поправил висевший на правом плече ТОЗ-34. Вновь обратил внимание на сироту. Тот уже приступил к хлебу, жадно вцепившись желтыми зубами в золотистую корочку. Отчего-то предательски защемило в груди, глядя на этого жалкого оборванца и я мысленно обматерив себя и сплюнув еще раз сказал:
- Ну и что мне с тобой делать шкет?
Я мысленно пересчитал имеющиеся в кармане деньги. Не густо совсем. Пять тысяч с копейками, но ничего, выкручусь. Мальчишка же вместо ответа поднял на меня глаза и несколько секунд внимательно смотрел, не моргая, будто пытался понять исходит ли от меня опасность или нет.
- Дядь, ты охотник? – Промямлил он с набитым ртом.
- Ну… - Я задумался над ответом. Можно было назвать меня охотником? Наверное. В заплечном мешке сейчас как раз лежала голова какой-то твари, которую я надеялся кому-нибудь тут продать. Ну а если и не выгодно, так хоть патроны и харчи окупить. Ох и намучался я с этой скотиной, по тропам от неё бегая. Но я перехитрил, подловил на развилке, да и свалил точно жаканом под левую лопатку. Но об этом позже. – Охотник да.
- А научишь? – Мальчишка попытался сделать серьёзное и взрослое выражение лица, но от этого сделался смешным. И я заулыбался, разглядывая грязного и диковатого ребенка. Маугли, нового, мать его, мира!
- Ну, это мы еще посмотрим. Зови меня дядя Анчар! А ты кем будешь? – Я протянул ему свою широкую ладонь и тот пожал её неожиданно крепко.
- Пашкой Пичугой все зовут! – С готовностью ответил он.
- Ну, пойдем, Пашка Пичуга! – Усмехнулся я. - Расскажешь мне все, что тут у вас да как. Я в остроге человек новый.


«Убей в себе человека, а в человеке мудака». (с) Сурен Цормудян...

КПК/Бутч
 
toxДата: Среда, 26.09.2018, 00:54 | Сообщение # 3
Сообщений: 2284
Репутация: 1310
Награды: 3
Статус: Offline
Буденный,

Пичуга маневрировал между лотков так быстро, что Анчар едва поспевал следом. На ходу, малец стрельнул у кого-то из торговцев (или покупателей) сигарету, закурил, умело чиркнув спичкой.
Подул морозный ветер, закачался маскировочный навес, закреплённый прямо над головой, на деревьях. От кого этот навес защищает Анчар не думал, но он копил на себе снег, только чудом не рухнувший людям на головы.
- Это Ботанический сад! – как только они выбрались на более-менее открытую территорию у импровизированного столба, то рукой Пичуга гордо обвёл заросшее прилавками место. – Базар наш, значит. Тут что угодно купить можно, хоть девок! – Пашка заговорщицки подмигнул охотнику. – Тут неподалёку кладбище есть. Вот на него не ходи. Там знаков понавешано, иногда Корпус ходит. Они тебя живо отвадят. Говорят, правда, что на Лютеранском поживиться можно чем-то таким… - Пичуга защёлкал пальцами, пытаясь найти нужное слово. – Чудесным, короче. Но это слухи только. Ты короче, дядь, если сюда попал, то тебе в следующий раз по-любому проходку дадут. Но лучше ври, что ты в церковь пришёл. Она тут одна остроге у нас, значит. К нам просто так не ходят.
Пашка Пичуга хлюпнул носом, и тут же вытер его рукавом. По его бегающим глазам видно было, что он думает, о чём ещё рассказать. Или о чём соврать.
- А! – придумал он. – С пистолетами можно ходить, с автоматами, но обоймы вытащить надо. Се… Сенат наш такой закон принял. Типа никто тут тебя не тронет. А вот выйдешь за острог – то снаряжайся… Дядь, - жалобно шмыгнул пацан, - не знаю, чего тебе ещё рассказать. Научи охоте!



- Ты в комнате, видишь на полу люк.
- Я осмотрюсь.
- Э... ты видишь дверь и э... окна.
- Я подойду к двери и дерну за ручку.
- Она э... дверь закрыта.
- Я подойду к окну и посмотрю что там.
- Окна грязные, ты ничего не видишь.
- Ладно, б*ть, я полезу в люк.
© Драгомир.
Анкета Тернового
__
So you can give your heart to Jesus, but your ass belongs to the Corps! ©
 
БуденныйДата: Среда, 26.09.2018, 13:25 | Сообщение # 4
Сообщений: 544
Репутация: 817
Награды: 1
Статус: Offline
tox,
Я ловко вытащил сигарету из тонких детских пальцев и сунул себе в уголок рта.
- Тебя Минздрав, что ль не предупреждал? Курение для детского организма – сплошной вред! – Наставительно продекламировал я. – Тебе годков кстати сколько?
- Семь! Скоро восемь должно стукнуть. В июле, или августе, я точно и не помню. – Надувшись, ответил мальчишка и продолжил алчно сканировать глазами толпящийся у прилавков люд. Явно по карманам тырит, шкет. Но винить его нельзя, иначе давно бы помер. В Острогах нет детских домов, и вообще социальных служб не наблюдается. Вписался в законы нового мира – хорошо, а нет – так труп твой вывезут за стены и выкинут на корм падальщикам, что бы заразу ни распространял. Ну, или что тут с трупами делают? Мальчишка выглядит в лучшем случае на пять лет. Худой, бледный, под глазами черные круги. Нелегко ребенку одному на этой поганой земле.
Я только вздохнул, и, сделав последнюю затяжку, швырнул окурок в грязный сугроб.
- Вот, что, Пашка. Давай так. Охотится, я тебя научу, конечно, но слушаться будешь меня беспрекословно. Всегда то есть. Никакого курева и воровства. Что ты на меня вылупился?! А то я не вижу как ты глазёнками по толпе шныряешь. Сам научился или учителя нашлись?!
- Ванька Пегий научил! – смутившись, промямлил малец. – Но зарезали его две недели назад в «БифЗаводе». – Увидев моё недоуменное выражение лица, Пичуга пояснил – Забегаловка на Аптекарском переулке. Со старых времен еще стоит. С тех пор я один совсем остался. – Мальчишка шмыгнул носом.
- Ладно. – Смягчился я. – Пошли, на ночлег устраиваться. Солнце сядет совсем холодно станет.
Мы прошли сквозь серые торговые ряды, по пути я купил у румяной улыбчивой бабы хороший шмат копченого сала, а Пашка подсказал, где купить мыла и водки, такой, что бы ни отравиться сразу.
С потяжелевшим пакетом и полегчавшим на три сотни карманом мы вышли как, подсказал мне Пичуга к улице Профессора Попова.
- Тут комнату можно снять. – Пашка ткнул грязным пальцем в покосившееся здание, очевидно еще дореволюционной постройки. - Правда, топить самим надо.
- Истопим. Не проблема. А баня?
- За ваши деньги, любой каприз! – Осклабился Пичуга.
Сдававшая комнаты пожилая женщина в цветастом банном халате поверх теплого шерстяного спортивного костюма встретила нас в парадной, с охотничьим карабином на перевес.
-Пашка, проказник! Ну, ка канай отсель, пока не грохнула! Опять воровать повадился, паскудник! – При каждой фразе из беззубого рта вылетала целая эскадрилья из капель слюны, мальчишка тем временем юркнул мне за спину.
- Мадмуазель! – Рыкнул я, обращая на себя внимание. – Нам бы комнату снять на пару деньков. Ну и баньку организовать.
«Мадмуазель», на секунду остановила свой спич и уставилась на меня помутневшими глазами. А потом ткнула меня стволом карабина в грудь и продолжила, осыпая проклятьями и слюной уже меня.
- Это, что ты тут удумал, сучара?! Мальченку снасильничать?! Да я тебя этими самыми руками…
В общем, мне добрых пять минут пришлось втолковывать невменяемой домовладелице, то. Что я вовсе не маньяк педофил, а достойный гражданин, который, кстати, платит вперед.
Комната, маленькая с ободранными обоями и растрескавшейся штукатуркой на потолке. Закопчённая и помятая буржуйка у заложенного кирпичом окна. Труба выходит в небольшое отверстие, на месте форточки. Из мебели – колченогая тумбочка и кровать застеленная продавленным матрасом с подозрительными желто-коричневыми пятнами.
- Люкс, еб вашу мать! – Прокомментировал я увиденное. И тут же устыдил себя. Матерится при ребенке – скверно. Пусть даже этот самый ребенок все эти слова уже давно знает. Всё равно.
Кинул пакет и вещь мешок в угол, и принялся растапливать печь. Мороз уже стоял крепкий. Минус пятнадцать как минимум. Пичуга тут же устроился около буржуйки и принялся скидывать с себя слой за слоем вонючее тряпьё.
- Отставить! – Гаркнул я. – Нам тут спать ещё! Марш мыться!
Баня оборудована была в подвале указанного дома, на месте старой и не работающей теплотрассы. И там я добрый час тёр тощего и чумазого до крайней степени мальчишку дегтярным мылом, выгоняя многочисленных вшей из белобрысой головёнки.
Вдоволь намывшись в горячей воде, и уплатив за это удовольствие, пять сотен рублей, чрезмерно бдительной Татьяне Никифоровне (именно так звали боевую бабульку не расстающуюся со своим СZ 550), мы вернулись в наши «апартаменты».
Пашка, получив комплект моего не нового но стиранного нижнего белья, в которое его можно было замотать в три раза и бутерброд с толстым куском сала отправился спать на расстеленный поверх матраса спальный мешок, а я, разложив на тумбочке нехитрую закуску открыл бутылку водки.
Выпил, закусил ломтиком сала. Хорошо. Снова полез в вещмешок. Вытащил замотанный сразу три полиэтиленовых пакета сверток. Стараясь сильно не шелестеть, что бы ни разбудит мальчишку, который уже посапывал, отвернувшись к стенке, развернул и посмотрел на свой трофей.
- И чем ты только раньше было, до всего этого? – Тихо проговорил я, разглядывая голову зверя. – И куда, самое главное теперь тебя пристроить. Утром у Пашки спрошу, может, знает чего.
Сходил и повесил пакет с головой неведомого зверя в выстуженную парадную. Там никак не выше пяти градусов по Цельсию, авось не стухнет.
Расстелил плащ-палатку буржуйки, зарядил ТОЗ-34 двумя самокатанными патронами с крупной дробью и, прижав ружье к себе, постарался уснуть. Засыпал я с мыслями о том, что завтра непременно нужно купить Пашке новые вещи, и чего этот пацан только мне так в душу запал?....





«Убей в себе человека, а в человеке мудака». (с) Сурен Цормудян...

КПК/Бутч
 
toxДата: Суббота, 29.09.2018, 19:44 | Сообщение # 5
Сообщений: 2284
Репутация: 1310
Награды: 3
Статус: Offline
Буденный,

Ночь прошла относительно спокойно. Анчар просыпался несколько раз: два от холода и затёкших конечностей, а третий - от яркой вспышки, бесшумно ударившей из темноты. Казалось, что она прорезала плотно сомкнутые веки и если бы Анчар спальни кровати, то несомненно бы с неё свалился.
Вскочивший Пашка, вначале заоравший от испуга, позже пояснил, что это был местный катаклизм, который местные называют Волна. Дескать страшная штука, по мозгам режет, а в конце, если ты не спрятался где, то ослепит тебя в один миг. Некоторые говорят, что насквозь, как через рентген можно человека разглядеть в момент Волны.
Патрульная смена явилась ни свет ни заря, часов в шесть утра. Грубый голос безэмоционально сообщил, что дежурными Корпуса Петра I совершается плановый обход, а потом серьёзно добавил, что если дверь не открывается по требованию, то она тут же вышибается, а нарушитель (не открыть патрулю тут означало строгое нарушение), объявляется врагом народа и подлежит немедленному аресту.
Одновременно с этим в коридоре охала и стенала бабка-вахтёрша, она поясняла патрульным что этот гражданин в этих краях новый, законов не знает. Старший смены отвечал, что называется, "на отвали", но услышав, что вместе с постояльцем в комнате находится несовершеннолетний ребёнок, тут же проявил заинтересованность, и с плохо скрываемой угрозой приказал Анчару двери всё-таки открыть. Для его же пользы.



- Ты в комнате, видишь на полу люк.
- Я осмотрюсь.
- Э... ты видишь дверь и э... окна.
- Я подойду к двери и дерну за ручку.
- Она э... дверь закрыта.
- Я подойду к окну и посмотрю что там.
- Окна грязные, ты ничего не видишь.
- Ладно, б*ть, я полезу в люк.
© Драгомир.
Анкета Тернового
__
So you can give your heart to Jesus, but your ass belongs to the Corps! ©
 
БуденныйДата: Четверг, 18.10.2018, 08:49 | Сообщение # 6
Сообщений: 544
Репутация: 817
Награды: 1
Статус: Offline
- Иду уже, иду! – Я тяжело поднялся, громко хрустнув затекшими позвонками, вкинул ноги в шерстяных носках в старые ботинки и не зашнуровав пошаркал по немилосердно скрипящему полу. На ходу я вытащил из внутреннего кармана документы, бережно завернутые в прозрачный целлофановый пакет. Паспорт, военный билет, с истрепанными краями. Ружьё я благоразумно прислонил к стене у двери. Вроде не представляю опасности, а в любой момент можно протянуть руку и, уйдя кувырком назад и влево разрядить его в дверной проём сметая картечью всё живое будто метлой. Но впрочем, я надеюсь, что до этого не дойдет. Дернул ручку засова и распахнул дверь с документами в левой руке и улыбкой на небритом лице, я приготовился отвечать на дежурные вопросы. Да, я Анчаров Андрей Игоревич, да одна тысяча девятьсот восемьдесят шестого года рождения, да 34-я отдельная мотострелковая бригада, старший прапорщик, да принимал участие.
Пока я, зевая, до хруста в челюсти и ежась от холода, отвечал на стандартные вопросы в большом коридорном окне, не заложенным кирпичом и не занавешенными грязными тряпками, стало немного светлей. С разрешения дежурных мы переместились к нему, и я, открыв небольшую форточку, прислонился плечом к обшарпанной стене и закурил, уставившись через грязное стекло на город.
Питер напоминал старого, умирающего генерала, что плелся на трясущихся ногах в свою последнюю атаку, нацепив на белоснежный мундир все свои поблекшие от времени ордена. Величественный и убогий одновременно. По узким тропинкам между исполинскими сугробами начали ковылять первые местные жители, завернувшись, наверное, во все тряпки, что могли найти. Это собиратели дров, дворники с лопатами для чистки снега, сонные ночные патрули, бредущие в казармы. Я затянулся и, выпустив сизую стрелу дыма в раскрытую форточку замер. В низкое, затянутое свинцовыми снежными тучами небо, поднимаясь, серая громада аэростата. Когда-то, почти век назад, во время Войны, их использовали для заграждения от вражеских бомбардировщиков, а после Победы они на долгие десятилетия отправились пылиться, в тёмные ангары военных складов. Катаклизм адским жнецом пронесшийся по континенту вдохнул в этих старых исполинов жизнь. В небольшой люльке под самым брюхом этого воздушного кита сидел человек с пулеметом, помимо троса, удерживающего аэростат от ухода в свободное плаванье, к люльке тянулся толстый провод, наверняка выполняющий функцию антенны для связи. Такое устройство, при хорошей мощности способно добить сигнал до соседнего анклава даже при высокой аномальной активности.
- Нравится? – Хриплый, простуженный голос старшего патруля вывел меня из задумчивости. – Если радио есть, включай. Через час трансляция начнется.
- У вас еще и радио есть? – Я выкинул окурок в форточку и поспешно ее, захлопнув, уставился на патрульного.
- Ага. Новости там передают местные, музыку. Что бы ни так тоскливо людям было. – Патрульный сдвинул вязаную шапочку на затылок и вытер покрытый испариной лоб, похоже он действительно был не здоров. – Даже ретранслятор на столбе в центре Парка висит, для тех, у кого приёмника собственного нет.
- Отлично придумано. Послушаю. Я свободен, командир?


«Убей в себе человека, а в человеке мудака». (с) Сурен Цормудян...

КПК/Бутч
 
toxДата: Четверг, 18.10.2018, 10:10 | Сообщение # 7
Сообщений: 2284
Репутация: 1310
Награды: 3
Статус: Offline
- Свободен, - старший кивнул, засобирался, так и не прикурив сигарету во рту. - Давай там, не шали.
И с этими словами, под сонное ворчание бабки-вахтёрши, вышедшей навстречу "уважаемым патрульным, которые отчего-то не испили даже чая", они протопали к выходу.
Закрылась дверь, послышались удаляющиеся шаги и снова стук, но уже в соседнюю дверь. "Проверка!" - гаркнули в ответ на вопрос кого черти принесли в такое раннее утро, и тут же послушно щёлкнули засовы.
Спать уже не хотелось. На сером небе занимался рассвет, вытянутая туша аэростата сместилась чуть левее, натягивая кабель связи. И застучали частые выстрелы. Зеленоватые трассера прочертили утренние сумерки, вгрызаясь куда-то в место за крышами домов, откуда поднимался небольшой, сизый дымок. Взвыла раненым волком, хрипло, безнадёжно, сирена и по матюгальникам, развешенным на зданиях донёсся спокойный, властный голос: "Жители Васильевского острога! Тревога учебная, просьба всех оставаться на своих местах и не подходить к месту учебной операции. Окажите содействие солдатам Корпуса Петра I - не пускайте родных и друзей на улицу...".
Из динамиков гавкнуло названием той самой улицы, но оно тут же потонуло в канонаде очередей и сирены.
Пичуга проснулся, подошёл к Анчару - на удивление незаметно, тихо - и с любопытством высунул голову в окно.
- Гостей острога прочёсывают, - с какой-то странной гордостью в голосе заявил он, и разве что руки не потёр от нескрываемого злорадства. - А вот нехер без приглашения ходить!
Собрались быстро, попили чай, которым угостила их Нина - та самая вахтёрша, которая после ночного визита патруль стала относиться к гостям более дружелюбно. Представилась, принесла три чашки дымящегося ароматного варева, отдающего клубникой и хвоей, и даже откуда-то достала мягкие плюшки, каждая с два кулака размером.
- У нас здесь пекарня местная, - охотно пояснила Нина. - Поставляют нам мягкий хлеб, хоть и не пшеница там, а что-то другое, заменители что ль какие. Не помню, тащем-то, но есть можно.
Пичуга, вспомнив, рассказал как раньше Приморский район травили какой-то особой дрянью, которая распространялась из своих же, родных, пекарен и магазинов, как люди сваливались в страшных корчах, выплёвывая лёгкие, как расследование, проведённое местными военными, привело к тому, что виновного не нашли, а пекарню и прочие "магазинчики" с колбасами и сырами просто закрыли, одно время закупаясь у "васильевских". Это уже потом у "приморцев" доверие к родным продуктам начало возвращаться, когда жрать уже было нечего, ведь цены подняли, а люди сваливались от голодухи. Военные тогда, кстати, на неизвестный науке вирус вину свалили, а как он оказался в продуктах - никому не известно. Но потравило народ не слабо, факт.
Завтрак закончился, вахтёр сноровисто уложила в рюкзак Анчара ещё три мягких бублика и пластиковую флягу с водой. И на радость Пашке ему всучили небольшую шоколадку, с указательный палец длинной. Однако парнишка обрадовался и этому



- Ты в комнате, видишь на полу люк.
- Я осмотрюсь.
- Э... ты видишь дверь и э... окна.
- Я подойду к двери и дерну за ручку.
- Она э... дверь закрыта.
- Я подойду к окну и посмотрю что там.
- Окна грязные, ты ничего не видишь.
- Ладно, б*ть, я полезу в люк.
© Драгомир.
Анкета Тернового
__
So you can give your heart to Jesus, but your ass belongs to the Corps! ©
 
БуденныйДата: Вторник, Сегодня, 11:57 | Сообщение # 8
Сообщений: 544
Репутация: 817
Награды: 1
Статус: Offline
tox,
Утро уже полностью вступило в свои права, отвоевав у ночи немного светлых красок. Позёмка подняла с нежного наста гроздь острых снежинок и немедленно зашвырнула мне в лицо, стоило только мне выйти из душной парадной на улицу. Я чертыхнулся и обмотал шарф вокруг лица. Пичуга выбрался вслед за мной, и теперь щурился на тусклое желто-серое солнце, переставляю ноги в грязных обмотках.
- Дядь, Анчар а теперь куда?! - мальчишка в нетерпении подпрыгивал на месте.
- Ну… - Я почесал затылок через вязанную шерстяную шапку. – Мне продать кое-что нужно. Только пока не знаю, к кому сунутся. – Пашка тут же стал на редкость серьезным и деловым, даже тощие впалые щеки попытался раздуть.
- Что за товар? Я тут всех знаю, дядь Анчар! Покажи!
Я не без труда развернул смерзшиеся целлофановые пакеты и показал свой недавний трофей, успевший, за ночь как следует заморозиться и продемонстрировал голову твари мальчишке. Тот едва заглянув в покрытый алыми льдинками пакет отпрянул. В огромных детских глазах читалась ядерная смесь ужаса и восхищения.
- Это ты его? – Малец только тыкнул пальцем, торчавшим из разорванной варежки, в пакет и еще больше таращил глаза, хотя казалось больше уже не возможно.
- Ну а кто же? – Я поспешно завернул свой трофей обратно, подальше от чужих глаз. Народу на улице к слову ощутимо прибыло.
- Это нам в гетто надо! – Твердо заявил Пичуга. – К Бору. Он таким интересуется. Может и возьмёт.
- Гетто? – Переспросил я, нахмурившись.
- Ага, там живут… - Пашка осекся, подбирая нужные слова. – Ну в общем те, кто после всего этого – он обвел рукой окружающее пространство словно показывая после чего. Но я его понял – болеть стал. Они люди в общем нормальные, но селятся отдельно, что бы глаза людям не мозолить. Не все их любят.
- Понятно. – Вздохнул я. После Катастрофы пришедшей из далёкого Чернобыля, многие люди изменились. Сказать, что мутировали – не совсем верно. Мутация она нечто врожденное. Хотя… Многие ученые утверждают что такие изменения происходили с людьми именно по каким-то генетическим признакам. Я не ученый и мнения своего не имею. Однако неприязни я к этим бедолагам не испытывал, а скорее нечто вроде жалости.
- Ну, веди меня в гетто, Пашка. Бублик еще будешь? – Я достал еще теплый хлебный кругляш и протянул тощему мальчишке. Тот схватил его и вгрызся зубами в сдобу.
Мы снова прошло вдоль гомонящих торговых рядов, вяло отмахиваясь от докучливых продавцов, перебежали улицу имени Профессора Павлова, и вышли на Инструментальную. Именно на отрезке Инструментальной зажатой между Павлова и Преображенской церковью и находилось это самое гетто. Поселение было существенно беднее, тут почти не убирали снег, не ходили лощеные патрули в черных телогрейках, поверх сугробов возвышались кучи мусора, но благо мороз не давал развиваться гниющим миазмам по улице. Несколько раз на встречу пробежали завернутые в лохмотья местные жители, у одного из под одежды выпирал ужасный горб, ломающий фигуру под почти прямым углом, а у другого неестественно длинная правая рука плетью волочилась по снегу. Остальные впрочем, выглядели нормально, да и выяснить их приобретенный недуг у меня желания не было.
- Нам сюда! – Махнул рукой Пичуга и юркнул в узкий проулок двора.
Нужно сказать. Что увиденное немало меня удивило. Прямо посреди глухого дворика, на месте, где в обычной, нормальной жизни всегда устраивали детские площадки, стоял шатёр. Да самый натуральный, аля приезжего цирка. Даже остатки какой-то веселой красно-синей расцветки сохранились. Из вершины купола торчала жестяная труба, из которой валил густой дым, а возле шатра толпилось, подпрыгивая и похлопывая себя по плечам несколько человек. У входа стоял рослый широколицый с глазами – щелками мужик, то ли калмык, то ли чукча. Одной рукой удерживая винтовку Мосина второй он старательно изымал плату у жаждущих попасть в шатёр.
- Это что за Дю солей?! – Интересуюсь я у Пашки.
- Чего? – Не понял он. Ну да, это я дурак. Откуда ему знать.
- Что это такое спрашиваю? – Я продолжал пялится на это сюрреалистическое строение, одновременно безуспешно пытавшись прикурить на ветру.
- Так там Бор и живет! Нам к нему и надо.
Я скептически хмыкнул, и пожал плечами.
- Ну, надо так надо! Пошли очередь занимать.
На морозе пришлось простоять минут пятнадцать. За это время я успел порядком промерзнуть, и даже подумывал глотнуть водки, во вчерашней бутылке еще плескалось грамм двести, но к счастью наша очередь подошла.
- Здорова, Узкий! – Неожиданно для меня Пичуга обратился к узкоглазому охраннику, и я внутренне напрягся, ожидая справедливой реакции узкоглазого крепкого мужика на такую дерзость. Однако здоровяк посмотрел на Пашку сверху вниз и только улыбнулся, обнажая ряд золотых коронок.
- Привет, Пичуга! Чё опять у Босса клянчить пришел? – Голос у мужика был низкий и грудной, никакого намёка на акцент.
- Да, нет! Я по делу. Это Анчар, наставник мой. – Гордо объявил меня мальчуган. – Охоте теперь учится буду.
Узкий, внимательно осмотрел меня через узкие бойницы век, но руку в результате протянул. Ну и славно.
- Что за дело? – Спросил у меня охранник.
- Да вот… - Я вновь продемонстрировал пакет. Узкий глянул внутрь и отпрянув что-то пробормотав на родном языке. Говорить без акцента, видимо стоило ему немалых тренировок в прошлом.
- Ружьё… - Начал он, но я продемонстрировал ему заранее опорожненные пустые казенники стволов, и тот лишь махнув рукой, подвинулся, освобождая нам проход.
В шатре было натоплено так, что меня сразу бросило в пот. В воздухе клубились сизые клубы дыма подозрительного сладковатого запаха, а пол и стены были сплошь покрыты разномастными коврами, подушками, одеялами, и вообще всем, что только можно было утащить из брошенных квартир. Посреди шатра у буржуйки располагался квадратный столик с короткими не больше сантиметров тридцати ножками, на столе ожидаемо стоял кальян, несколько пиал и фарфоровый чайник. За столом восседал мужик лет сорока на вид. Черные густые волосы собраны в причудливый хвостик на макушке, чуть смугловатое лицо, на котором весьма контрастно смотрелись большие голубые глаза с поволокой дурмана на радужке. Овчинный тулуп был небрежно накинут на голый торс и запахнут на животе. Хозяин поднял на меня взгляд.
- Здравствуйте. – Растерянно сказал я, немного охренев от окружающего меня интерьера. – Я в общем по поводу трофея… - Я к собственному удивлению немного засмущался. Чувствуя себя не в своей тарелке. Неуклюже протянул пакет с головой монстра сидящему на подушке и не думающему двигаться мужику.


«Убей в себе человека, а в человеке мудака». (с) Сурен Цормудян...

КПК/Бутч


Сообщение отредактировал Буденный - Вторник, 20.11.2018, 13:23
 
АктерДата: Вторник, Сегодня, 13:50 | Сообщение # 9
Сообщений: 295
Репутация: 656
Награды: 0
Статус: Offline
Тот, кого все называли просто Бором, имел имя и фамилие человеческое - Боровской Станислав Сергеевич, до всего этого мерзкого и радиоактивного имевшего должность гордую - фельдшер скорой помощи. А потом мир стремительно стал накрываться медным тазиком, все смешалось в доме Облонских и все обломалось в доме Смешанских. Ему одновременно повезло и не повезло. Повезло в том, что Бор умудрился выжить в самые первые времена, когда Смерть собирала обильную жатву со всех слоев населения, не обходя своим могильным вниманием ни одного человечка. А невезение его заключалось в его брате. Но это мы с вами разберем позже, а сейчас давайте же познакомимся с ним поближе!
Левой рукой измененный ловко схватил пакет с трофеем из рук мнущегося на пороге шатра Анчара, при помощи второй же стал предаваться излюбленному занятию - ковырянию в носу. Пока левая рука разворачивала пакет с головой мутанта, вторая раскапывала сопельное месторождение, извлекая наружу поистине нечеловеческие запасы "козявого золота", щелчком отправляя его на пол. Неожиданно откашлявшись местный скупщик редкостей, шаман, лекарь, ясновидящий и просто сдвинутый крышей обитатель произнес хорошо поставленным голосом
- Бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста - я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.
Бор оглядел своих гостей мутным взглядом и продолжил уже обычным для себя тихим голосом
- Ну ладно, приступим к оценке товара. Вы, ребята садитесь вон на те подушечки, а пацанята пускай у входа потопчутся - итак шатер небольшой, а вы тут вон какую толпу притащили. Как Узкий весь ваш табун пропустил, ума не приложу.
Из-под стола был извлечен блестящий ящичек, в котором во времена советские хранились инструменты хирургические. Они же и были оттуда вынуты и сидящим продемонстрированы. Смахнув посуду на подушку и оставив лишь один кальян, Бор принялся прямо на столике потрошить голову мутанта - ловкими движениями, что никак не вязались с его внешним видом обкуренного придурка, он срезал кожу, затем при помощи коловорота просверлил дырочки в нужных местах и выпилил по ним солидный участок черепа. Затем в ход пошли ножницы и зажим, а под конец из мозга несчастной твари пинцетом был извлечен крохотный неправильной формы комочек, который Бор сразу же и проглотил, запив холодным чаем из чудом не разлившейся пиалы. Настроение его резко улучшилось и он взглянул на собеседников более вменяемым взглядом.
- ММмммм, значит так уважаемые господа и мальчики. Товар мне ваш понравился, так что давайте перейдем к торгам. Так, пускай говорить будет мужик что в центре, а остальные пускай помолчат, я шума не люблю. За такую красоту грешно бумажками платить, так что... Имею широкий спектрум золотишка, что бойчей любой валюты в наших палестинах ходит. Также могу спецбоеприпас достать, но это когда как. Ну и дури могу предложить! Дурь балдежная, враз о проблемах забудете!
По лицу Бора было видно, что последний вариант для него самый излюбленный.


Карпат
Сорока-белобока Нокаут


Сообщение отредактировал Актер - Вторник, 20.11.2018, 13:53
 
БуденныйДата: Вторник, Сегодня, 14:22 | Сообщение # 10
Сообщений: 544
Репутация: 817
Награды: 1
Статус: Offline
Актер,
Человек, сидящий передо мной, был совершенно и окончательно ёбнут. Когда этот болезный ублюдок, после весьма неплохого, нужно сказать, цитирования Шекспира, принялся потрошить мой, пока еще, трофей, я едва не вскочил с цветастой подушки, на которую только уселся по-турецки. Меня едва успел дернуть за рукав Пашка.
- Тихо, все нормально! Он знает что делает. – Прошептал он мне на ухо, и я лишь досадливо дернул подбородком. Парень из местных и ему конечно виднее. Однако, происходящее стало меня тяготить. Я сделал вид, что полез в рюкзак, который пристроил за спиной пичуги и украдкой, за его спиной загнал в стволы ружья два картонных цилиндра картечных патрон.
Когда Бор вытащил из уродливой башки убитого мной чудовища нечто походящее на жеванную жвачку серо-коричневого цвета и отправил к себе в рот, я едва не удержался, что бы не блевануть прямо себе на ноги. Обошлось. Пичуга, отнёсся к этой процедуре весьма спокойно. Кто кого еще учить должен? И чему? Этот театр одного упоротого актёра продолжался никак не меньше получаса, и наконец-то закономерно перешла к торгам. Мне было предложено заплатить золотом или наркотиками. И тут я подошел к дилемме.
- Если золотом, то пятьдесят грамм, если 985 пробы. – Начал я, заламывая цену минимум втрое от задуманной. – Могу взять препаратами. Опиаты. И то если заводского производства. Остальное не интересно. Десятую часть от цены могу взять патронами, продовольствием. Это всё. Товар возврату не подлежит. Ты вон всё искромсал уже… - Добавил я.


«Убей в себе человека, а в человеке мудака». (с) Сурен Цормудян...

КПК/Бутч
 
Форум » Литературный уголок » Эпизоды » *ВПР*||Ботанический сад Петра Великого (Васильевский острог)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
Мини-чат